Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

инфор

обращение к читателям

на вопрос, для кого я всё это пишу, который время от времени задают посетители моего блога, отвечаю: это всё я пишу для себя, мой блог - это мой личный дневник, куда я записываю то, что мне кажется необходимым, так, как считаю нужным, если у кого-то мои записи вызывают раздражение, насмешку, желание меня лечить и учить или ещё какой-нибудь деструктивный аффект, то этому человеку разрешаю меня не читать, всем будет только лучше
комод

exercises in political theology: иконопись vs живопись

фаюмский портрет, скорее всего, изначально такой же мемориальный артефакт, как современная фотография на надгробной плите, это сообщение об умершем, только обращённое "туда", к бессмертным, а не "сюда", к посетителям кладбища, отсюда требование узнаваемости "означаемого", которое стало институциональным императивом живописи: пейзаж, портрет, натюрморт всегда демонстрация чего-то такого, чего мы никогда не видели и даже увидеть не можем, потому что оно за границами непосредственного опыта зрителей, значит, мы должны понимать, что именно видим

собственно, "натюрморт" в переводе на русский так и будет: мёртвая природа
комод

exercises in political theology: иконопись vs живопись

иконопись и живопись не совпадают не только по контексту (икона становится артефактом искусства только будучи перенесена из храма в музей), но и по адресату: будучи наследницей фаюмских портретов, икона адресована "наверх", её привилегированными зрителями являются те, кто уже удостоен жизни вечной и взирает на соответствующие артефакты "оттуда", отсюда пресловутая обратная перспектива, тогда как живопись адресована профаническому зрителю, взирающему на её артефакты "отсюда", из земной юдоли

метафора "окна в иной мир" остаётся валидной в обоих случаях, "окном" в обоих случаях является граница изображения, которая так и называется "рама", но вот "иной мир" иконы принципиально отличен от такового же живописи: в первом случае мы через это окно наблюдаем трансцендентный мир священного, во втором ту же профаническую реальность, в которой существуем мы сами, только какое-то такое место, где нас физически нет, оно недоступно или осталось в прошлом

эффект "окна в иной мир" дополнительно усиливает иконный оклад: персонажи, изображённые на иконе, тоже как бы заглядывают в это окно, только с другой стороны, местом и временем транзита от иконописи к живописи, очевидно, является итальянское искусство дученто: уже не иконопись, ещё, строго говоря, не живопись, отсюда, не исключаю, особое значение, которое в искусстве этого периода получает стенная роспись

возникновение иконописи как регулярной социальной практики ("института"), очевидно - такая же историческая загадка (или, если угодно, парадокс), как и возникновение целибата: даже самые древние образцы иконописи уже воспроизводят достаточно жёсткий канон и являются списками каких-то вовсе до-исторических образцов

единственная "зацепка", которой мы располагаем - очевидная стилистическая преемственность иконы фаюмскому портрету, которая позволяет предположить, что прототипические образцы иконописи, скорее всего, выполняли ту же самую функцию, т.е. как-то опосредствовали телесное воскресение Иисуса, если действительно так, их созданию сопутствовал особый мистический опыт, который почти наверное засвидетельствован в агиографической литературе
комод

тема

актуальная цитата, только что нарыл на фейсбуке: "...остров клинописных текстов, который у шумеров назывался Дильмун, а у вавилонян - гора Ницир и устье двух рек. У индийцев он гора Хималайа" (с), Владимир Емельянов (Vladimir Emelianov), в Библии, сколько понимаю, Арарат, у Бёклина "остров мёртвых", в реальности высокий берег у слияния двух рек, архетипическое место святилища, тема, однако
комод

exercices in political theology: Саргон Аккадский

читая о Саргоне Аккадском, думаю, что это, наверное, не только образцовая теократия, но и первый в истории случай империи с её иерархией суверенитетов, воспроизводящей иерархию местных культов

собственно, и сам Саргон первый в истории vicarius Dei: Иштар его поставила, Мардук уволил
комод

искусство и культовые практики

вдогонку вчерашнему разговору об искусстве с художником и куратором Баграт Аразян (Bagrat Arazyan)​: так называемый "фаюмский портрет" изначально не был искусством, поскольку вообще не предназначался для рассматривания человеком, не был, иными словами, зрелищем, искусством его сделали в 19 веке археологи и коллекционеры, переместив из гробниц в музеи, аналогично, считаю, с византийскими или русскими иконами и храмовыми фресками, суждение о храмовых фресках не готов защищать, поскольку не могу судить, как они функционировали в контексте (мои вероятные оппоненты, впрочем, тоже), а вот с иконами его справедливость очевидна: изображение закрывал оклад и толстый слой копоти, которые обычно снимали, только перенося икону в музей

но если правда (предположим), что икона это визуальное сообщение, адресованное вовсе не человеку, а Богу, то возникает очень интересный вопрос о мотивации, побуждающей к созданию таких артефактов и об их социальной функции, простые соображения показывают, что создание иконы, как и молитвы, изначально, скорее всего, было инициатической практикой, позволяющей идентифицировать её автора как аутентичного исполнителя воли Божией, отсюда уже запрет на "самомыслие" и "личностное начало" при изготовлении ритуальных артефактов или специфическая подготовка к созданию даже самой простой копии с древнего оригинала, самые первые иконы, списками с которых являются известные нам сегодня шедевры, создавались вовсе не художниками, а религиозными лидерами, позднее такие иконы, как правило, обретались, т.е. появлялись как результат десубъективированного счастливого случая, а не усилий какого-то конкретного автора

вообще говоря, это особенность любого изображения, являющегося дериватом ритуала, вспомнилось ощущение, которое мы с женой солидарно испытали много лет назад в Барселоне, разглядывая артефакты (искусство так называемых "примитивов") из коллекции Тиссен-Борнемиссе: ощущение было такое, что это всё визуальные сообщения, адресованные вовсе не человеку и даже не человеком созданные, любопытно, что для современного россиянина такое же ощущение должны вызывать статусные предметы потребления - они точно так же должны быть обретены, а не изготовлены на заказ и с внятной целью, лучше всего, если это точная копия какого-нибудь заведомо недоступного оригинала
комод

exercices in political theology: диаспора

всё-таки поражает, с какой энергией множество народу (человек уже пять по крайней мере) пытаются мне доказать, что никакой русскоязычной диаспоры нигде в природе не существует, жена, правда, справедливо заметила, что народ зря не скажет, похоже, что по вопросу о русскоязычных диаспорах публика делится на два практически равных по объёму эпистемических сообщества: одни энергично отрицают существование таких диаспор в принципе, другие признают, но настаивают, что от них надо держаться подальше как от источника скверны, сильно всё это напоминает чисто религиозный образ мыслей, например, дискуссии между "западными" и православными христианами о природе зла
комод

exercises in political theology: распятие

на вопрос филолога Андрей Шуман, в чём смысл искупительной жертвы Иисуса, следует, по-видимому, ответить таким образом, что термин "искупительная жертва" и есть указание на смысл какого-то события, в данном случае, очевидно, это смерть Иисуса на кресте

трактуя Его смерть на кресте как искупительную жертву, христиане тем самым исповедуют, что это событие актуализирует какое-то другое, первичное, учредительное жертвоприношение, каковым, очевидно, в данном случае является жертвоприношение Авраама, отсюда метафора "агнец Божий", иными словами, смерть Иисуса на кресте трактуется как подтверждение Завета между Богом и Его избранным народом

сколько понимаю, трактовка распятия как искупительной жертвы - коррелят или даже, возможно, первоисточник христологических разногласий: если Иисус только один из пророков, как считают иудеи, мусульмане и некоторые христиане-монофизиты, а не Сын Божий, как считают христиане-ортодоксы, то Его смерть на кресте обычная политическая расправа, а не искупительная жертва

другое дело, принадлежит ли эта трактовка самому Иисусу, как можно сделать вывод из текста НЗ, или она возникла уже задним числом, в ретроспективе формирования христианства как религии и кодификации его священных текстов
комод

возвращаясь к фигуре ВВ

есть такой старый советский фильм, "Человек с ружьём", ключевая (и, безусловно, глубоко ироническая) сцена этого фильма - конфронтация между двумя ипостасями одного и того же человека, как "физлица" и как героя культовых нарративов, один на другого ничуть не похож, но с этим уже ничего не поделать, надо принять как факт и впредь различать

примерно так обстоит дело с любой культовой фигурой, всё равно - в искусстве, политике, спорте или бизнесе: это, по справедливому (тоже, впрочем, ироническому) замечанию одного из моих давних знакомцев, не совсем человек, у него/неё есть "социальное тело", которое очень мало похоже на физическое
комод

поиграем в "конопушки"

по-моему, это только так говорится, что человек верит в Бога, на самом деле человек верит в реальность определённого "порядка вещей", устроения личности, общества и природы, объяснением и гарантией которого в некоторых религиях является бытие Божие, это устроение может быть явлено и как безличный список табу ("заповедей"), и как личный опыт удачи

слово "верит" тут тоже чисто такой façon de parler: просто человек действует и принимает решения таким образом, будто указанный "порядок вещей" и на самом деле реальность, а не чья-то авторитетная личная выдумка, т.е. это прежде всего маркер идентичности и хабитуса, всегда говорил студентам, что религия это прежде всего аффект и жест, уже потом дискурс