Category: психология

Category was added automatically. Read all entries about "психология".

инфор

обращение к читателям

на вопрос, для кого я всё это пишу, который время от времени задают посетители моего блога, отвечаю: это всё я пишу для себя, мой блог - это мой личный дневник, куда я записываю то, что мне кажется необходимым, так, как считаю нужным, если у кого-то мои записи вызывают раздражение, насмешку, желание меня лечить и учить или ещё какой-нибудь деструктивный аффект, то этому человеку разрешаю меня не читать, всем будет только лучше
комод

структурализм, психология и психотерапия

основанием психоанализа как методологии (на мой взгляд, это именно методология, версия системного подхода к исследованию и моделированию повседневных действий, а вовсе не психологическая теория) является, на мой взгляд, понятие der Trieb, или «влечение», т.е. представление о «неведомой силе», изъясняясь в манере старых писателей-романтиков, которая побуждает индивида к различным поведенческим девиациям (в том числе мыслительным и дискурсивным), тогда как апелляция к бессознательному только универсальная схема, которая их объясняет, древние в подобной ситуации апеллировали к демону за левым плечом, куда полагалось сплёвывать в случае чего

никакой особой «психологии» в понятиях психоанализа, конечно, нет, Бахтин, например (или Волошинов), считал, что «бессознательными» на самом деле являются образцы поведения, ценности и понятия, вытесненные на периферию культуры и востребованные только в ситуациях транзита или кризиса, аналогичным образом понятие трансфера только констатация факта: в ситуациях кризиса и в состоянии стресса или фрустрации отношения с незнакомым партнёром (каковым, в частности, является психотерапевт или консультант) строятся по образцу отношений с родителями или замещающими их индивидами, т.е. с теми, кто наиболее существенным образом повлиял на формирование нашей идентичности и хабитуса

отметил бы ещё очевидное (для меня, по крайней мере) сходство между подходом Фрейда к анализу патологии, с которой пациент обращается к целителю, и подходом Леви-Стросса к анализу мифа: оба начинают с коллекции высказываний, обеспечивающих вербальную репрезентацию того и другого, оба ищут правило, или «порождающую грамматику», как сказал бы Хомский, которое позволяет рассматривать эти высказывания как связное и непротиворечивое описание какой-то реальности («нарратив»), оба затем гипостазируют механизм, обеспечивающий формирование и воспроизводство этого правила, Фрейд называет такой гипотетический механизм комплексом, Леви-Стросс структурой, Фрейд пошёл дальше Леви-Стросса, поделив «комплекс» на осознаваемый центр и неосознаваемую периферию, взаимодействие которых объясняет динамику патологий, структуралисты решили ту же самую проблему, дополнив ритуалы, обеспечивающие воспроизводство структуры, обрядами перехода, инновационная волна, которую подняли обе концепции, это их внутренне сродство обнажила, вследствие чего современная культурантропология или пост-классическая социология вполне могут считаться дериватами как одной, так и другой

сближение психоанализа и структурной антропологии, которое уже приходило в голову многим серьёзным представителям как той, так и другой школы, позволяет предположить, что психоанализ, как, почти наверное, и психотерапия вообще, на самом деле такая современная модификация обрядов перехода, точнее - ритуальная практика, направленная на преодоление кризиса идентичности, с её классической триадой функций: “нигредо”, т.е. деконструкция прежней идентичности, предмет сугубого внимания для Милтона Эриксона и его школы, «альбедо», т.е. освоение опыта границы («лиминальности»), отсюда кушетка, внимание к трансферу и гипнотические техники, наконец, «рубедо», т.е. конструирование новой идентичности, более или менее адекватной контексту, специализация коучей

если так, психотерапия отнюдь не обладает монополией на решение подобных задач, примерно те же социальные функции исполняют субкультуры, а кроме того - требует базового образования в совсем другой области, нежели медицина, которого у её представителей обычно нет, отсюда наивные, однако весьма настойчивые попытки закрыться от внешней критики, особенно со стороны социологии, культурантропологии и других bеhavioral science, практически отсутствие рефлексии о методе или понятийном аппарате и прочее такое
комод

перелистывая фейсбук

перелистывая фейсбук, заметил, что моя недавняя коротенькая заметка о революции как травматическом опыте спровоцировала дискуссию о 90-х, причём у представителей следующего поколения, которое вот-вот или завтра будет реально "решать вопросы", значит, трудился я не напрасно, пусть даже они утопят проблему в собственных бытовых отходах

надо, пожалуй, добавить, что психологическая, а тем более социальная травма вовсе не предмет непосредственного опыта, это концепт и объяснительный принцип, к тому же довольно сложно устроенный, который позволяет рационализировать и понять какие-то наблюдаемые феномены, субъективно совсем не обязательно переживаемые как травма
комод

страницы из дневника: Ljubljana, 2017

10.08.2017.
# разговор по дороге из пиццерии, которую мы вчера посетили в компании с Евгений Тихонов и ещё группой друзей: не нужен мне берег турецкий! - и Африка мне не нужна! - нас и здесь неплохо кормят

# история Нарцисса, очевидно - рассказ о манипуляциях с зеркалами в фазовом пространстве стихий и их симметрий: юноша отвергает акустическое воздушное (эхо) и впадает в зависимость от оптического водного

собственно, любая инициация символически и есть преодоление водной преграды, а вместе с ней инверсия структур идентичности, позволяющая избавиться от инфантильного нарциссизма

возможно, юноша Нарцисс просто не справился с формированием self-object'a, т.е. с диссоциацией личного субъективного опыта и стороннего взгляда на себя как на партнёра по интеракции

# дочитавши книжку психоаналитика Джойс МакДугалл "Театр души", думаю о том, что моя жизнь прошла в очень примитивных и глубоко репрессивных социальных контекстах, возможно даже, такой оценки заслуживает советское общество в целом, исключая, конечно, его отдельные элитные анклавы, куда меня пускали самое большое в прихожую и ненадолго, удивительно, что я до сих пор жив, относительно вменяем и не сошёл с круга

11.08.2017.
# продолжая размышлять о прочитанном: согласно МакДугалл, раньше я с такой точкой зрения не сталкивался, гомосексуализм и прочее бдсм не девиации, т.е. произвольные отклонения от нормы, связанные с недостаточностью социального контроля, и уж тем более не естественные вариации нормы, а компенсаторные новообразования ("изобретения"), связанные с дефектами ранней (отчасти даже младенческой) сексуальной социализации (её манипулятивным характером, попросту говоря), это, кстати, хорошо объясняет демонстративность и даже подчёркнутую театральность всякого рода "неосексуальности", как это явление определяет автор

другой важный вывод из прочитанного мне трудно сформулировать из-за отсутствия подходящего термина для трактовки особенностей поведения как нозологического симптома: специализация "практической психологии", её превращение в функцию закрытого ордена приводит к тому, что громадное пространство между нормой, которой не соответствует никто никогда, и расстройствами, которые требуют компетентного вмешательства, либо оставляется без внимания, либо, того хуже, стигматизируется, в результате чего какая-нибудь вздорная дура с дипломом медучилища получает право ставить диагнозы всем подряд

# лично я склоняюсь к тому, чтобы рассматривать нарциссическое расстройство прежде всего как отсутствие способности вести продуктивные negotiations, это скорее феномен "переходного театра", нежели субъективности или телесности, остальное рационализация или сопутствующие и пост-травматические эффекты
комод

страницы из дневника: Ljubljana, 2017

06.07.2017. таким же сложным и странным человеком, как Фрейд, несомненно, был и Лакан, судя по конструкциям его психоанализа, его отношения с матерью - истинный лабиринт, полный загадок, опасностей и проекций, именно поэтому они смогли увидеть и тщательно исследовать феномен переноса, который, по сути дела, инверсия их собственной проблемной ситуации, только что у Фрейда это отношения с отцом, отсюда, возможно, различия двух форматов психоанализа

у меня самого, в отличие от великих, наоборот, никаких таких сложных и аффективно окрашенных отношений с близкими очень долго не было, так уж сложилась жизнь, а когда они все-таки появились, я уже научился разбираться во всяком таком без каких-либо существенных интервенций в чужую субъективность, считая ее личным делом партнера

не исключаю даже, что пресловутая "театральная метафора", т.е. обращение интеракции в предметообразующий концепт и ее трактовка как спектакля, как у Дж.Л.Морено, Э.Гофмана или игротехников, расстановщиков и психодрамматистов - следствие похожей семейной истории

у Фрейда, конечно, были очень сложные отношения с отцом, недаром же тема отцеубийства занимает такое место в его аналитике, по сути дела, это ее центральная тема, потому что миф об Эдипе в трактовке Фрейда, как и биография Достоевского или Леонардо да Винчи, не говоря уже про историю религий, прежде всего рассказ об убийстве отца и последующем инцесте с матерью, как в одной из самых "цепляющих" песен Дж. Моррисона или же в фильме Висконти "Гибель богов", при этом вот что интересно: рассказывая об отношениях своего очередного героя с матерью, Фрейд обычно внятен, точен и краток, а вот переходя к отношениям с отцом, становится невнятен и многословен, путается в показаниях, а главное - начинает ссылаться на специфику психоанализа как на алиби

собственно, и Фрейд, и Лакан тоже рассматривают интеракцию как предметообразующий концепт, а не только необходимое техническое условие аналитики (отчего, собственно, и можно рассматривать психодраму как альтернативу психоанализу), но у Фрейда это непосредственный и однополый телесный контакт, либо насилие, либо секс, либо комбинация того и другого, вполне допускающая интроспекцию, которой Фрейд временами даже злоупотребляет, тогда как у Лакана это диалог между разнополыми партнерами, предполагающий секс или насилие только как перспективу, притом одну из нескольких, отчего интроспекцию вытесняет техника, которую сегодня называют conversational analysis

немного mania grandioza:.в своей книжке "Хроноскоп, или Топография социального признания" я, по-моему, впервые поставил вопрос о специфике обществ, переживших большую войну и сопряженную с этим разруху, это, собственно, и был предмет моего исследования, слышал, конечно, что у кого-то на Западе такая работа тоже была, но я ее не читал, а в отечественной научной литературе точно впервые, аналогом послевоенного общества являются так называемые сукцессии, т.е. природные новообразования, возникшие на месте вырубок и пожаров

отличительные черты такого общества: гипертрофия публичной сферы и гегемония медиасообщества, повсеместное женское доминирование вплоть до открытой гинократии, массификация индивида и переход структурообразующих функций от культуры к социальным сетям, а соответственно - разрушение социальных институтов и персонификация власти

циклы социальной динамики существуют в любом обществе, но именно в таком, послевоенном, они становятся самым важным из факторов, которые структурируют политические конфликты и процессы, определяя тем самым шансы на успех отдельных конкретных проектов, реальный конец истории вовсе не коммунизм или, тем более, либеральная демократия, а "время цыган", возвращение к ее исходному пункту
комод

exercises in sociology: диалектика "персоны" и "тени"

касательно диалектики "персоны" и "тени" естественным образом возникает вопрос, что обеспечивает стабильность их баланса или вообще целостность идентичности, отчего шизофрения или DID всё-таки девиация, а не норма, как в одной из утопий от Philip K. Dick, прежде всего, конечно, это контекст повседневного действия, пресловутая социальная рутина с её эпистемами, вот отчего невротики так боятся её нарушения, тем не менее, интеграция нескольких разнородных структур очень старая проблема, в общем виде она не разрешена, обычно с ней справляются посредством уловки, известной как боровский "принцип дополнительности", ещё у психоаналитиков есть концепты ("эго", "self"), обозначающие неразложимое "жёсткое ядро" идентичности, но это, в общем, тоже уловка
комод

identity card

любопытно, что документ, который тут у нас называется "удостоверение личности", там у них называется "identity card", это к вопросу о том, что именно слово "личность" означает в русскоязычных контекстах

дискуссия на фейсбуке:

сергей зиновьев: Но ,кстати , и что identity у них ))..ещё, если память не изменяет, есть очень странное выражение на продуктах - идентичен натуральному
андрей игнатьев: что такое identity у них более-менее понятно: сложный полицейско-драматургический конструкт, позволяющий судить, кто таков данный конкретный индивид и чего от него можно ждать, вот что такое "личность" у психологов никогда не мог понять, похоже, такой контейнер, куда сбрасывается всё, чего нельзя представить в хорошо структурированном виде
сергей зиновьев: наверное , можно сказать о человеке в маске негодяя, играющем роль негодяя в некотором контексте , что его личность идентична натуральному негодяю
андрей игнатьев: скорее, этот человек к чему-то такому стремится, это его задача (считается же вершиной актёрской карьеры реальная смерть на сцене в сцене гибели героя)
андрей игнатьев: такова же, кстати, задача тех, кто производит продукт, идентичный натуральному
сергей зиновьев: можно и так,..это так сказать их задача -максимум.. но я думаю все таки у них задача проще - уверить что если что-то выглядит как утка и крякает как утка - то это утка и есть, хотя мы то знаем , что это утка из пластмассы (с моторчиком), и тогда они говорят - что есть некоторые значимые функции натурального продукта , которые удалось имитировать в ваших , потребитель, ощущениях
андрей игнатьев: Вы про обман, а я про работу актёра, боюсь, это не одно и то же
комод

personae и маска

что personae и маска разные феномены, надеюсь, смог объяснить даже психологам, действительно интересный вопрос, однако, состоит в том, является ли personae результатом интериоризации практик использования маски, как, по-видимому, считал К.Г.Юнг, или, наоборот, маска является результатом экстериоризации структур, именуемых personae, в ситуациях их функциональной недостаточности, своего рода протезом, восполняющим эти структуры? - лично я, понятное дело, склоняюсь к второй точке зрения, тем более, что структура, комплементарная personae, так называемая "тень", никак не может рассматриваться как маска особого рода

изготовление маски, в принципе, не отличается от изготовления любого другого протеза: маска должна исполнять функцию того органа, отсутствие или недостаточность которого компенсирует, обычно это personae, т.е. структуры идентичности, которые возникают в результате успешной социализации, хотя, вообще говоря, нетрудно вообразить маску, которая имитирует "тень", идеальный протез, разумеется, неотличим от своего оригинала ни по уровню исполнения функций, ни по внешнему виду