Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

инфор

обращение к читателям

на вопрос, для кого я всё это пишу, который время от времени задают посетители моего блога, отвечаю: это всё я пишу для себя, мой блог - это мой личный дневник, куда я записываю то, что мне кажется необходимым, так, как считаю нужным, если у кого-то мои записи вызывают раздражение, насмешку, желание меня лечить и учить или ещё какой-нибудь деструктивный аффект, то этому человеку разрешаю меня не читать, всем будет только лучше
комод

немного об искусстве

вопреки распространённому и настойчиво тиражируемому предрассудку, наиболее адекватный спектатор произведений искусства - человек неискушённый, даже примитивный, эмпатически идентифицирующий себя с героями истории, которую ему/ей рассказывают или показывают, чистосердечно готовый растерзать, по крайности, расстрелять злодея на экране/на сцене или посмеяться над мизансценой, которую рассматривает как абсурдную, а по завершении спектакля испытывающий характерный аффект, в просторечии именуемый "катарсис", впору даже поздравить в старинной российской манере "с облегчением-с", в этой идентификации спектатора с героями спектакля, скорее всего, и состоит первичная социальная функция искусства, остальное уже детали заказа или его исполнения, встречаясь с артефактами "совриска", такой простодушный спектатор практически мгновенно и совершенно правильно заключает, что артисты его дурачат, похихикивая про себя

в терминах Лакана, стремление заниматься искусством, пожалуй, симптом, а характер и содержание конструируемых артефактов - фантазм, собственно, произведение искусства это более или менее техничная артикуляция личных фантазмов артиста, технике можно научиться, это цена входного билета, а вот по фантазмам либо совпадать с какой-то публикой, либо эмпатически их считывать, либо, наконец, имитировать чьи-то чужие фантазмы, перспективу успеха в искусстве определяют размеры и статус этой публики

теперешняя инструментальная музыка, кстати, тем более, консервированная, предназначенная чисто для прослушивания - достаточно поздний феномен, в некоторых областях она появилась только в 20-е годы минувшего века, вместе с индустрией грамзаписи, до этого музыкант был и зачастую остаётся сегодня одним из персонажей спектакля, разыгрываемого в храме (литургия), на театральной сцене (опера, концерт) или в домашних ("камерных") условиях
комод

exercises in political theology: артисты и политика

так ли случайно, кстати, что Гитлер начинал как живописец, а Сталин как поэт, т.е. как люди искусства? - ни тот, ни другой, кстати, не были бездарностями, в других исторических контекстах вполне могли бы сделать неплохую карьеру, читал когда-то, будто император Нерон распорядился поджечь Рим, желая полюбоваться зрелищем, более того, считал себя прежде всего артистом, мастером перформанса, как бы мы сказали сегодня, уже потом субъектом власти, прав, конечно, был великий Аристокл, предлагая изгнать из своего идеального государства артистов: поломают всё, дай им волю
комод

прагматика искусства

once upon a time, беседуя с приятельницей, я определил искусство как зрелище в рамке, сегодня добавил бы, что мотивацию к созданию подобных артефактов определяет вовсе не пресловутый "талант", который неизвестно что такое, а нечто гораздо более распространённое и узнаваемое: стремление к так называемой трансгрессии, т.е. к выходу за границы повседневной жизни, которые, собственно, и репрезентирует эта самая рамка

если так, наклонность к какому-нибудь из искусств, всё равно, в качестве автора или зрителя - симптоматика особого рода состояний, которые психотерапевты и психиатры именуют пограничными, обычно они связаны с расщеплением идентичности на две конфликтующие ипостаси, "маску" и "тень", баланс между которыми, собственно, и обеспечивает опыт искусства, вот почему, вероятно, в артсообществах так широко практикуется употребление различных волшебных снадобий, которые обеспечивают тот же самый эффект

те же самые состояния, однако, определяют рациональность действий, ведущих к устройству революций, скандалов и терактов, для их инициаторов или активных участников такого рода практики - функциональные эквиваленты искусства, отчего достаточно часто вступают с ним в симбиоз

касательно социальных функций простейшее из искусств, конечно - изобразительное, живопись и графика, окно в "иной мир", позволяющее туда заглянуть, остальное уже эксплуатация диспозитива в тех или иных контекстах, более сложное искусство театр, сценический перформанс, скорее всего, являющийся прототипом изобразительного искусства, позволяет не только заглянуть в "иной мир", но и там побывать, актёрам, во всяком случае, самое сложное из искусств, конечно, музыка, тоже, конечно, "иной мир" и прочее такое, но ещё всякие социогенные эффекты, позволяющие догадаться, в чём смысл искусства вообще

понятно, что молодой человек, который пытался стать музыкантом в 70-е, рассчитывал таким образом попасть не только на сцену, но и в "иной мир" богемы, но почему именно музыкантом? - почему не живописцем или поэтом, как полутора-двумя десятилетиями раньше?
комод

exercises in political theology: иконопись vs живопись

фаюмский портрет, скорее всего, изначально такой же мемориальный артефакт, как современная фотография на надгробной плите, это сообщение об умершем, только обращённое "туда", к бессмертным, а не "сюда", к посетителям кладбища, отсюда требование узнаваемости "означаемого", которое стало институциональным императивом живописи: пейзаж, портрет, натюрморт всегда демонстрация чего-то такого, чего мы никогда не видели и даже увидеть не можем, потому что оно за границами непосредственного опыта зрителей, значит, мы должны понимать, что именно видим

собственно, "натюрморт" в переводе на русский так и будет: мёртвая природа
комод

exercises in political theology: иконопись vs живопись

иконопись и живопись не совпадают не только по контексту (икона становится артефактом искусства только будучи перенесена из храма в музей), но и по адресату: будучи наследницей фаюмских портретов, икона адресована "наверх", её привилегированными зрителями являются те, кто уже удостоен жизни вечной и взирает на соответствующие артефакты "оттуда", отсюда пресловутая обратная перспектива, тогда как живопись адресована профаническому зрителю, взирающему на её артефакты "отсюда", из земной юдоли

метафора "окна в иной мир" остаётся валидной в обоих случаях, "окном" в обоих случаях является граница изображения, которая так и называется "рама", но вот "иной мир" иконы принципиально отличен от такового же живописи: в первом случае мы через это окно наблюдаем трансцендентный мир священного, во втором ту же профаническую реальность, в которой существуем мы сами, только какое-то такое место, где нас физически нет, оно недоступно или осталось в прошлом

эффект "окна в иной мир" дополнительно усиливает иконный оклад: персонажи, изображённые на иконе, тоже как бы заглядывают в это окно, только с другой стороны, местом и временем транзита от иконописи к живописи, очевидно, является итальянское искусство дученто: уже не иконопись, ещё, строго говоря, не живопись, отсюда, не исключаю, особое значение, которое в искусстве этого периода получает стенная роспись

возникновение иконописи как регулярной социальной практики ("института"), очевидно - такая же историческая загадка (или, если угодно, парадокс), как и возникновение целибата: даже самые древние образцы иконописи уже воспроизводят достаточно жёсткий канон и являются списками каких-то вовсе до-исторических образцов

единственная "зацепка", которой мы располагаем - очевидная стилистическая преемственность иконы фаюмскому портрету, которая позволяет предположить, что прототипические образцы иконописи, скорее всего, выполняли ту же самую функцию, т.е. как-то опосредствовали телесное воскресение Иисуса, если действительно так, их созданию сопутствовал особый мистический опыт, который почти наверное засвидетельствован в агиографической литературе
комод

искусство и культовые практики

вдогонку вчерашнему разговору об искусстве с художником и куратором Баграт Аразян (Bagrat Arazyan)​: так называемый "фаюмский портрет" изначально не был искусством, поскольку вообще не предназначался для рассматривания человеком, не был, иными словами, зрелищем, искусством его сделали в 19 веке археологи и коллекционеры, переместив из гробниц в музеи, аналогично, считаю, с византийскими или русскими иконами и храмовыми фресками, суждение о храмовых фресках не готов защищать, поскольку не могу судить, как они функционировали в контексте (мои вероятные оппоненты, впрочем, тоже), а вот с иконами его справедливость очевидна: изображение закрывал оклад и толстый слой копоти, которые обычно снимали, только перенося икону в музей

но если правда (предположим), что икона это визуальное сообщение, адресованное вовсе не человеку, а Богу, то возникает очень интересный вопрос о мотивации, побуждающей к созданию таких артефактов и об их социальной функции, простые соображения показывают, что создание иконы, как и молитвы, изначально, скорее всего, было инициатической практикой, позволяющей идентифицировать её автора как аутентичного исполнителя воли Божией, отсюда уже запрет на "самомыслие" и "личностное начало" при изготовлении ритуальных артефактов или специфическая подготовка к созданию даже самой простой копии с древнего оригинала, самые первые иконы, списками с которых являются известные нам сегодня шедевры, создавались вовсе не художниками, а религиозными лидерами, позднее такие иконы, как правило, обретались, т.е. появлялись как результат десубъективированного счастливого случая, а не усилий какого-то конкретного автора

вообще говоря, это особенность любого изображения, являющегося дериватом ритуала, вспомнилось ощущение, которое мы с женой солидарно испытали много лет назад в Барселоне, разглядывая артефакты (искусство так называемых "примитивов") из коллекции Тиссен-Борнемиссе: ощущение было такое, что это всё визуальные сообщения, адресованные вовсе не человеку и даже не человеком созданные, любопытно, что для современного россиянина такое же ощущение должны вызывать статусные предметы потребления - они точно так же должны быть обретены, а не изготовлены на заказ и с внятной целью, лучше всего, если это точная копия какого-нибудь заведомо недоступного оригинала
комод

(no subject)

12.07.2017. ради вящей реконтекстуализации сериала "Фарго" посмотрели фильм Коэнов "Фарго", видели его, разумеется, уже когда-то, но забыли, что там, как и кто кого, оказалось, что сериал продолжение фильма, отважусь даже сказать его сиквел

фильм, конечно, замечательный, зрителям, как всегда у Коэнов, предлагается инверсия "мещанской морали", когда эксцессом становится не преступление и абсурд, а тихое семейное счастье, как оно, собственно, и в реальной жизни

13.07.2017. не всегда знаю, как надо поступить на моём собственном месте, категорически не берусь судить, как надо поступать другим людям на их

вообще говоря, интересно, что у американцев это сквозные темы культуры - сокровище, случайно найденное в придорожной канаве (от Эдгара По до Коэнов), как и маньяк-убийца, случайно встреченный на дороге ("killer on the road" у Джима Моррисона), этакие универсалии повседневного массового дискурса

на самом деле у России и Америки очень много общего, история их взаимоотношений - образцовая реализация так называемого близнечного мифа, особенность, общая для обеих стран - образцовая же колониальная структура расселения: именно поэтому в России (Америке) так часты и упорны споры о том, где настоящая Россия (Америка), в столицах или в глубокой провинции, для кино- и театральных драматургов это даже сюжетообразующий принцип

когда-то одноэтажная Америка была "местом силы" и воплощением американского духа, в 60-е годы она стала истинным заколдованным местом ("там чудеса, там леший бродит"), Коэны, вообще говоря, продолжают эту традицию, но превращают ее в алиби для гротеска и абсурда, у нас похожие темы и приемы были у В.Высоцкого, который, конечно, на свой лад переосмыслял темы "деревенской прозы", т.е. своих ровесников и даже отчасти друзей

один мой знакомый синефил, посмотревши "Паттерсон" Джима Джармуша, отозвался о нем как о фильме скучном, но не отпускающим потом дня три, если не больше, когда-то ровно это впечатление оставил у меня Лу Рид: послушав кассету с записью альбома "New York", я чистосердечно подивился его славе, но потом понял, что мне этого речитатива под не очень сложный аккомпанемент, практически те же самые три аккорда, но на заморский манер, не хватает, я и теперь слушаю Лу Рида две-три песни раз в полгода, но это необходимо для тонуса и правильной работы мозга

собственно, мы всегда испытываем скуку, когда делаем что-то такое, на что у нас непосредственной личной мотивации нет, например, смотрим фильмы, которы попросту надо посмотреть, товарищи не поймут и отстанем от жизни, или подчиняемся каким-то другим социальным императивам, вот почему авторское кино требует компенсации в виде сериала: одно для профессионального реноме и прогресса, другое чтоб было интересно и делало сборы, бывают, конечно, мастера, которые могут одновременно, но их таких мало

есть такое понятие, americana, это набор всяких артефактов, репрезентирующих Америку в массовом сознании, вот как водка, балалайка и матрешка репрезентируют Россию, так называемый поп-арт прежде всего целенаправленная работа именно с этими артефактами, оттого-то его мастера (Роберт Раушенберг, Джаспер Джонс, Энди Уорхол) прежде всего американцы, это я к тому, что Коэны тоже американцы, которые работают с "американой", только уже не с объектами или артефактами, а с типовыми сценариями и массовыми ожиданиями, они их знают наизусть, эксперты в этой области, но доводят до гротеска и маски, выворачивая наизнанку, отсюда характерная работа актеров - соцарт, в общем

обсуждая конкретные фильмы или сериалы, мы забываем, что изначально кино - ярмарочный аттракцион, главная функция которого привлекать публику и делать сборы, превращение этого аттракциона в искусство ничего не меняет, однако создает известное напряжение между императивами кассы и творчества, вот почему кино достаточно быстро разделилось на авторское и массовое

изобретение телесериала позволило решить ту же задачу на другой манер: фильм становится вкладом в искусство и личную профессиональную репутацию автора, тогда как сериал по темам фильма, временами изготовленный тем же режиссером, позволяет наполнить кассу

тот же "Бартон Финк", конечно - классическая голливудская "история успеха", с хэппи-эндом, типовыми коллизиями и все, как полагается, однако ж не совсем: вхождение в сонм причастных становится истинным странствием иницианта через лабиринт с чудищами, а не вознаграждением самых достойных, как оно было прежде

придумал название для серии заметок, вдохновленных просмотром фильма и сериала "Фарго": маленькая Коэниана
комод

страницы из дневника: Ljubljana, 2017

04.07.2017. ещё, пожалуй, надо добавить, что полицейское и национальное государство - это такая сладкая парочка, новейшее политическое воплощение близнечного мифа, проекция"маски" и "тени" на институциональные практики власти, одного без другого не бывает

разговаривая с женой за завтраком о перспективах цианотипии как рода занятий и учебного предмета, вспомнил свою давнюю уже "телегу": практика, которая плохо вписывается в сложившийся институциональный репертуар, неизбежно становится развлечением обеспеченных бездельниц или вовсе детской игрой

артефакты, которые позволяет создавать цианотипия, безусловно, аттрактивны, они привлекают внимание, на них интересно смотреть, их получение тоже само по себе аттракцион, собирающий публику, но как это все "монетизировать", обратить в источник статуса и дохода? - кому и зачем это все реально нужно?

если это чисто техника нанесения изображений на поверхность, то где, в какой именно области она конкурентоспособна? - а если самостоятельное искусство, то что она позволяет увидеть такое, чего нельзя увидеть каким-нибудь другим способом?

то есть, цианотипия как техника позволяет достаточно успешно работать в формате так называемой "пикториальной фотографии", в частности, создавать артефакты, по своим эстетическим достоинствам не уступающие традиционным техникам эстампа (одним из классиков этого жанра является Питер Миллер, выставка которого была в галерее имени братьев Люмьер на Стрелке и в Музее Востока), однако это все-таки не самое главное, что привлекает к ней внимание как всякого рода любителей, так и профессионалов, все равно - от изобразительного искусства или фотографии: главное достоинство цианотипии, как это часто бывает, состоит именно в том, из-за чего эта техника когда-то уступила место более продвинутым способам получения и обработки изображений - в непредсказуемости результата, его зависимости от множества случайностей или заведомо неконтролируемых факторов, которое поневоле превращает работу в этой технике в перманентную и тотальную free improvisation, как в наиболее продвинутых областях джаза

на практике это значит, что цианотипия не только простая и удобная техника нанесения узоров на ткани и керамику или открывает определенные перспективы перед теми, кто предполагает работать в формате пикториальной фотографии, но и вполне может рассматриваться как особого рода тренинг на свободу импровизации, позволяющий, в частности, осознать или даже расширить границы собственного мастерства, нетрудно даже представить себе вполне успешного "профи", которому такой тренинг полезен

если цианотипия и вправду искусство, то применительно к ее артефактам справедлива общая трактовка искусства, в том числе искусства фотографии, разновидностью которого является цианотипия, как окна в иной мир, и тогда стоит поставить вопрос, что это за место, куда обсуждаемая нами техника позволяет заглянуть? - вот, например, Sebastiaō Salgado показывает нам места, куда без его фотографий нам, пожалуй, не заглянуть, аналогичным образом Robert Capa или менее известные фоторепортеры показывают нам такое, чего нам самим никогда не увидеть, а что такого же недоступного взору нам показывают мастера цианотипии? - или, что то же самое, позволяет ли эта техника представить известное, тысячекратно уже виденное в ином и странном виде?

соответственно, обучение цианотипии предполагает четыре разных направления, которые, при желании, можно рассматривать как уровни посвящения: (1) обучение технике цианотипии как таковой; (2) обучение технике нанесения узоров на ткань или керамику; (3) обучение основам пикториальной фотографии с использованием цианотипии; (4) тренинги на свободу импровизации

первые за полтора года в Словении меня чуть было не сшиб велосипедист, похоже, это был русский
комод

записки "пикейного жилета": скандал на "ЭМ"

на фейсбуке журналист Max Trudolubov пишет, что Веллер глупый, а Ольга Б. молодец и профессионал, в чём именно состоит глупость Веллера не понимаю, разве в том, что вообще согласился иметь дело с радио «ЭМ», и не вижу, в чём именно состоит профессионализм О.Б., разве что в искусстве троллинга, но ведь, говорят, журналистика совсем не это?

на самом деле, думаю, всё достаточно просто: ААВ почему-то хочет, чтобы Веллера на радио не было, однако просто отказать в сотрудничестве не может, вот и дал О.Б., известной своим искусством элегантного троллинга, скажем так, указание добиться, чтобы Веллер ушёл сам, обычное дело

молодец и профессионал как раз Веллер, который потребовал извинений от редакции «ЭМ», их он почти наверное не получит, но это уже не так важно: своё личное и корпоративное достоинство надо всё-таки хотя бы иногда защищать

более того, в конфликте журналиста, ведущего теле- или радиопрограмму, и приглашённого гостя всегда и заведомо виноват журналист, потому что гость программы не сам пришёл, это человек, которого специально пригласили для какого-то разговора, как раз тот случай, когда nothing personal, just a businness, конфликт, соответственно, означает, что журналист плох именно как профессионал - не умеет либо разговаривать, либо, того хуже, выбирать гостей

как в таких случаях говорит один мой приятель, «это не я продаю, это вы покупаете», ААВ потому и настаивает, что Веллер сам напросился на участие в программе, а он будто бы только уступил

завтра, кстати, исполняется ровно шесть месяцев, как вообще прекратил слушать радио, ощущения, будто чего-то лишился, нет и в помине, всё-таки сегодня это совсем уже нишевое медиа, а раздражающего шума и так хватает