Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

инфор

обращение к читателям

на вопрос, для кого я всё это пишу, который время от времени задают посетители моего блога, отвечаю: это всё я пишу для себя, мой блог - это мой личный дневник, куда я записываю то, что мне кажется необходимым, так, как считаю нужным, если у кого-то мои записи вызывают раздражение, насмешку, желание меня лечить и учить или ещё какой-нибудь деструктивный аффект, то этому человеку разрешаю меня не читать, всем будет только лучше
комод

в мире животных

знакомые попросили взять на пару-тройку дней пуделя неизвестной мне породы (сантиметров 35-40 в холке), первый день был в ужасе и скулил (я, признаться, тоже), на второй расслабился, захотел есть и потребовал создать ему уют (в смысле, укрыли одеялом), на третий уже хочет, чтобы с ним играли и разговаривали, вот так же и человек, пусти кого-нибудь в свою жизнь

проблема, которая решается в процессе игры человека и собаки, состоит не в том, чтобы собака принесла палку или мячик, а в том, чтобы человек их непременно кинул, это такой способ устанавливать и затем поддерживать свой эксклюзивный статус, помимо которого не накормят, гулять не отведут и вообще
комод

страницы из дневника: Ljubljana, 2017

06.08.2017.
# задним числом догадываюсь, однако, что, одолевши отца, я тем самым сделал главой семьи мачеху, а это был противник куда более серьёзный: она не пыталась меня раздавить, как отец, но скорее рассматривала, притом вполне чистосердечно, как этакое домашнее животное, которое приходится терпеть и за которым необходимо ухаживать, но при этом достаточно, если оно не гадит, не воняет и вообще не создаёт проблем, сколько понимаю, у женщин такое отношение к детям вовсе не редкость, именно поэтому их так легко заменяет кошка или собака

собственно, это и есть самая частая версия пресловутой double bind, которую не замечаешь, пока ты и на самом деле домашнее животное, т.е. ничего, кроме своевременной кормёжки, тебе не надо, и которая начинает реально душить, когда у тебя появляются какие-то более сложные интересы или проекты, сопутствующие тому, что идиоматически определяют как формирование личности, противодействовать этому удушению невозможно, не практикуя такую или иную форму эскапизма - от повседневного злоупотребления алкоголем и наркотиками до всякого рода побегов из дома или обращения к какому-нибудь "тоталитарному", как говорят сектоведы, культу, т.е. практикам, которые, в свою очередь, превращают домашнее животное в жертвенное, тем самым подталкивая к суициду

свойственный русским (не всем, конечно, но многим) недостаток доверия себе, о котором я написал пару дней назад, стремление к хорошо структурированным контекстам ("порядку"), а при их отсутствии или недоступности либо к уходу в небытие, практика, которую теперь называют downshifting, либо к агрессии, либо к совмещению того и другого - результат социализации вот в таком перформативном контексте, исключающем пресловутое единение с матерью или его субституты, а вместе с ними и базальное чувство безопасности, у меня его не было никогда

надеюсь, понятно, что сказанное ранее не жалоба на жизнь и не "предъява" моим старикам, которых я сегодня очень хорошо понимаю, а результат case-study, предметом которого является разрешение "эдипальных" конфликтов у человека, которого я знаю лучше, чем кого-либо другого, и о котором имею право сказать всё, что знаю
комод

страницы из дневника: Ljubljana, 2017

21.07.2017. когда-то почерпнул у Мераба Мамардашвили мысль, которая меня поразила своей одновременно ясностью и глубиной: подобно тому, как необходим орган зрения для того, чтобы видеть, или орган слуха для того, чтобы слышать, необходим и какой-то особый орган для того, чтобы понимать (сколько понимаю, Фуко назвал диспозитивами именно такие органы), какие-то из таких органов дадены человеку от природы и формируются сами собой, а какие-то требуют специального тренинга, социализации в какой-то контекст, который надо конструировать и поддерживать специально

затевая полтора года назад семинар "Введение в политтеологию", я не ожидал, что аудитория сломается на переходе от личных к институциональным форматам власти, точно так же, судя по всему, аудитория ломается, когда я начинаю говорить о календаре и разметке времени как предпосылке всякого возможного договора: похоже, что у теперешнего россиянина просто нет органов, чтобы такое понимать

бывают, разумеется договора, которые заключаются бессрочно или на вечные времена, такие договора, однако, скорее декларация о намерениях, потому что отношения, предполагаемые договором, непременно by default локализованы во времени, иначе его исполнение невозможно проверить, оттого-то в тех нечастых случаях, когда de facto договор бессрочный, de jure указывается какой-то срок, который по обычаю считается эвфемизмом для неотменяемой сделки

животные, особенно домашние, вообще говоря, тоже способны формировать отношения, которые для внешнего наблюдателя (человека) выглядят как договор, во всяком случае, они способны вырабатывать консенсус относительно границы, разделяющей их партикулярные "сферы влияния", который потом сохраняется относительно долгое время

тем не менее, эти отношения всегда эксклюзивны, они не только не предполагают коалиции, формирование которой является функцией договора, но и заведомо ее исключают, предполагая, напротив, непременный латентный конфликт между сторонами, который становится явным в случае нарушения границы, составляющей предмет консенсуса, более того - эта граница никогда не бывает виртуальной, она всегда имеет какое-то материальное воплощение, очень часто даже рукотворное: во время оно, когда у меня была собака, сразу же по переезде на дачу она обегала участок вдоль забора, оставляя какие-то свои, понятные только другим собакам метки, т.е. граница ее территории совпадала с границами дачного участка,

такой же материальной границей, как забор, окружающий дачный участок, является река или железнодорожная насыпь, поэтому обитатели территорий, расположенных по разные их стороны, все равно, животные или человеки, которые тоже животные, только политические, by default рассматривают друг друга как стороны конфликта


человек, как известно, тоже животное, пусть даже политическое, а не хищное или травоядное, поэтому достаточно часто оказывается вовлечен в конфликты, предметом которых служат границы, у человеков эти конфликты разрешаются сначала как у животных, на уровне консенсуса о границе в пространстве, а затем уже на уровне договора, который этот консенсус закрепляет во времени

основанием для консенсуса о границе служит линия обороны, на которой удалось остановить претендента на спорную территорию, обычно это какой-то природный рубеж - река, например, договор придает консенсусу о границе статус общего блага, тем самым обеспечивая воспроизводство этого консенсуса

думаю, что г-жа NN права: с ненужными людьми надо расставаться без колебаний и поисков алиби
комод

exercises in coaching: прототипы инициаций

не исключено, кстати, что древнейшие инициатические практики выглядели очень просто и мало чем отличались от какого-нибудь нынешнего start-up'а: инициант, т.е. юноша, претендующий на статус взрослого мужчины, должен был углубиться в пещеру, найти там медведя, убить его (читал, будто в эпоху палеолита охота на пещерных медведей была чуть ли не основным источником пищи), а затем благополучно отыскать выход, т.е. проделать впервые именно то, что для взрослого мужчины являлось повседневной хозяйственной рутиной, сходство этого сценария с рассказами о странствиях через Лабиринт очевидно;

в обществах, живущих охотой на дикого зверя, поединок в лабиринте остаётся завершающим актом социализации, примерно как наши теперешние защиты дипломных работ в университете или даже выпускные экзамены в школе, однако такой поединок сохраняет своё значение важного транзитивного ритуала и в обществах, в которых охота на дикого зверя уже не является повседневной рутиной или даже вовсе утрачивает хозяйственные функции, в таких обществах инициации также меняют свою функцию - приобретают характер тренинга на так называемое "совладающее поведение", т.е. действия в различного сорта "пограничных" ситуациях, чреватых угрозами жизни, свободе или даже повседневным личным планам на будущее;

в сущности, поединок в лабиринте и есть наиболее адекватная, даже исчерпывающая модель таких ситуаций, отсюда трансформация поединка в самодовлеющее публичное зрелище (прежде таковым был только его исход, демонстрация добычи), а также регламентация поединка достаточно жёсткими правилами, местом поединка становится хорошо наблюдаемая и специально оборудованная площадка (агора, стадион, арена цирка или театральная сцена, стол для симпосиона), а первоначальная синкретическая функция мистагога дифференцируется, появляется арбитр, надзирающий за ходом состязания и действиями его участников