?

Log in

No account? Create an account
Андрей Игнатьев
May 14th, 2018 
комод
человек выходит на рынок вовсе не потому что образовались какие-то излишки, как нас тому много лет учили марксисты, совсем наоборот, человек выходит на рынок (или вообще в публичное пространство) оттого, что образовалась какая-то существенная недостача, какое-то желание, которое невозможно исполнить "домашними средствами", именно в такой ситуации ханаанеянка начинает домогаться внимания и милости Иисуса, аддикт, страдающий от похмелья или ломки, несёт на продажу что найдёт или украдёт, ну а человек обыкновенный и законопослушный идёт на рынок, куда несёт что-нибудь такое, чем можно пожертвовать ради исполнения этого своего желания: грибы и ягоды из леса, овощи и фрукты с огорода, те же шкурки соболя или, наконец, деньги, универсальный эквивалент всякой возможной жертвы

фундаментальный технический принцип всякого возможного, как считал Мосс, жертвоприношения, "даю, чтобы ты дал", это одновременно принцип рынка, потому что любая конкретная операция купли-продажи есть прежде всего следствие какой-то пограничной ситуации, которую исчерпывающим образом моделирует выражение "хочу, но не могу", выход на рынок даёт или не даёт желаемый результат по причинам, от продавца не зависящим и ему по большей части неведомым, изначально это всегда опыт удачи, который авансом или задним числом, уже когда как, оформляется как жертвоприношение древнему греческому богу Гермесу, покровителю не только торговцев, но и воров, хитроумных мошенников, вот как его внук или правнук Одиссей, и прочих "фаворитов луны", выражение "дар Гермеса" когда-то в зависимости от контекста означало счастливую находку, рискованную, но удавшуюся торговую сделку или, уже как эвфемизм, результат успешной кражи, там некогда бывал и я, но вреден рынок для меня

говорят, у отечественных бизнесменов, особенно из тех, кто быстро "приподнялся" и далее претендует на лидерство, одно время в ходу было такое состязание, по сути дела, ритуал инициации: человека в нетрезвом и голом виде выбрасывали из автомобиля где-нибудь ночью в незнакомом месте, и надо было вернуться домой или добраться до какого-то контрольного пункта, не обращаясь за помощью к знакомым или полиции, так вот, первое, что должен был сделать такой человек (так, во всяком случае, уверяют телесериалы, да и соображения здравого смысла тоже), это украсть или выпросить одежду и какие-нибудь деньги, иногда даже какие-нибудь документы, как при побеге из мест лишения свободы, а это вопрос либо особого дарования, либо и вовсе удачи, они-то, а вовсе не инструментальная рациональность, и есть истинное начало всякой возможной рыночной экономики
комод
действительная, однако, разница между "восточным базаром" как конгломератом независимых друг от друга частных сделок, не обязательно даже осуществляемых на одной территории или по одинаковым правилам, и "западным рынком" как системой, которая подчиняет их многообразие определённым универсальным правилам, состоит вовсе не в способах ценообразования, ведения переговоров или выкладки товаров, это всё естественные следствия перехода от личных отношений между покупателем и продавцом к институциональным практикам обмена, действительная разница состоит в том, что "западный рынок", как и вообще "западное" публичное пространство, прототипом которого рынок является, не знает разделения на своих и чужих

на Западе все априори чужаки, иммигранты, которые понятия не имеют, где тут что и как полагается, для того, чтобы в этих контекстах действовать, не полагаясь на "дары Гермеса" или вовсе насилие, человек должен располагать картами местности, расписаниями поездов, сведениями о времени работы ресторанов и присутственных мест, продуманными дорожными указателями и прочими средствами навигации, которые все сплошь достижения именно этой культуры, так понимаемый Запад, разумеется, вовсе не географическое понятие, это специфический хабитус, идентичность, которую можно встретить где угодно, просто в ЗЕвропе или Америке эта модель человека и, соответственно, разметка пространства встречается чаще, чем в каких-то других местах

на так же точно понимаемом Востоке совсем наоборот, априори предполагается деление на своих и чужих, мигрантов и местных, местным вся эта инфраструктура указателей не нужна, они тут выросли, социализованы в топографию локальных пространств и превосходно в них ориентируются, оттого-то с ними не торгуются, запрос только способ выяснить, покупатель местный или чужак, чужие же здесь либо не ходят, либо имеют (если это уважаемый человек) сопровождающего из местных, либо, наконец, не интересуют вообще никого, такой человек никто и звать его никак, для местных он вообще вне закона, оттого-то на рынке или на улице его не западло обмануть и даже ограбить
комод
собственно, я ничего не знаю про экономику, не так уж к этому стремлюсь и точно не испытываю по этому поводу комплекса неполноценности, не мой предмет, но я неоднократно, притом изблизи, наблюдал за человеком, который впервые в жизни собирается выйти на рынок с овощами, собранными на дачном участке, одеждой, обувью, посудой и книгами, которыми решили пожертвовать, или какими-нибудь компетенциями и навыками, которые до сих пор использовались только в домашнем хозяйстве или в режиме "экономики дара", думаю, мотивацию и логику действий такого человека представляю достаточно адекватно, сколько понимаю, профессиональный торговец только профанирует эту мотивацию и логику действий, преднамеренно и целенаправленно разыгрывая тот же самый сценарий в обратном порядке: один несёт на рынок деньги, чтобы купить нужное, другой несёт на рынок лишнее, чтобы выручить деньги

тут, конечно, возникает вопрос, что было раньше, нужда или излишки, но ответ, по-моему, очевиден
комод
думаю, что известный тезис "прежде совсем не то же самое, что теперь", который я впервые встретил у А.Я.Гуревича в книге о средневековой культуре и часто встречаю у востоковедов, на самом деле такая риторическая уловка: что-то в роде "железного занавеса", позволяющего дюжине посвящённых наглухо отгородиться от критики со стороны
This page was loaded Oct 23rd 2018, 9:14 am GMT.