August 26th, 2016

комод

exercises in political theology: психоанализ

важнейшее открытие Фрейда состояло, пожалуй,в том, что поведение человека - это сообщение (так сказать, "behavior is the message"), которое всегда может быть дешифровано, что, в свою очередь, позволяет реконструировать структуру личности, построить эффективную стратегию интеракции (в первую очередь диалога, разумеется) и таким образом навязать пациенту собственную гегемонию (т.е. занять позицию авторитетного отца), которая, собственно, и обеспечивает коррекцию тех шаблонов, которым пациент следует в своих повседневных действиях, сколько понимаю, негативное отношение к психоанализу (например, со стороны К.Поппера) связано в первую очередь именно с его инструментальными притязаниями и функциями

это, конечно, совсем не целительство в том смысле, как его обычно понимают медики, скорее, чисто политический проект, предполагающий компенсацию изъянов современного ему общества и человека (аномии в первую очередь) посредством специфических практик дискурса, очень похожих на классические инициации, утопия Фромма "The Sane Society", задачи, которые пытался решать со своими учениками Г.Гурджиев, или новейший концепт медиакратии из этого же самого ряда проектов
комод

императивы созависимости

Ты должен быть проблемой, чтобы мне было что решать.
Ты должен быть плохим, чтобы я был хорошим.
Ты должен быть больным, чтобы мне было о ком заботиться.
Ты должен страдать, чтобы я был утешителем.
Ты должен быть безответственным, чтобы мне за всё отвечать.
Ты должен быть неуправляемым, чтобы мне всем управлять.
Ты должен врать и скрывать, чтобы я мог уличать.
Ты должен быть враждебным, чтобы мне было с кем бороться.
Ты должен быть опасным, чтобы мне было кого бояться.
Ты должен быть в опасности, чтобы мне было кого защищать.
Ты должен быть неумелым, чтобы мне было кого учить.
Ты должен быть невменяемым, чтобы я мог быть опекуном.
Ты должен быть невыносимым, чтобы меня жалели.
Ты должен быть предателем, чтобы я был жертвой.
Ты должен быть преступником, чтобы я был судьёй.
Ты должен быть тяжким, чтобы у меня был свой крест.
Ты должен быть беспомощным, чтобы я был всемогущим.
Ты должен нуждаться. Чтобы во мне был смысл.
Ты должен быть зависимым, чтобы я был ценным.

если совсем уже коротко, то всякую реальную созависимость исчерпывает принцип «Ты должен (или должна), потому что мне надо", от классических отношений господства созависимость отличается непроизвольным характером поведения и его камуфляжем под исполнение морального долга, ужас, конечно, но в «отношениях» такое сплошь и рядом

привык считать, что созависимость - это проекция отношений между матерью и ребёнком на отношения взрослых людей, склонен предположить, что отношения между зевропейским политическим истеблишментом и мусульманами-иммигрантами являются обычной созависимостью, уж больно похоже

одна моя былая подруга, что особенно интересно - психолог по образованию и психотерапевт по опыту работы, замечательно ответила на какую-то мою попытку выйти из подобного рода отношений: "Но я же не могу...! Но мне же надо...!", стало быть, делай, что велят
комод

эдипов комплекс

post-современный мужчина, как правило, сформировался, живёт и конструирует своё будущее в гиноцентрических социальных контекстах, где именно женщины решают, кто мужчина, кто нет и у кого какой ранг в иерархии pecking order, вот почему всякого другого мужчину, особенно успешного и заметного, вокруг которого собираются женщины, образуя публику или клиентелу, он рассматривает как потенциального конкурента за доступ к материнской груди, а соответственно - предмет достаточно жёсткой превентивной акции устрашения или осмеяния, как выйдет

собственно, это симптоматика эдипова комплекса, которому обычно сопутствует латентная гомосексуальность и нарциссизм: знал когда-то одного такого, его любимой забавой было утащить папину приятельницу себе в койку, а ещё лучше устроить секс втроём, хотя бы виртуальный, так он поддерживал свою обычно нестабильную личную самооценку

на периферии пост-современных обществ, где всё ещё сохраняются вироцентрические социальные контексты, разумеется, всё наоборот