November 25th, 2010

это я

слушая радио

одним из самых замечательных проявлений лицемерия, вообще отличающего дискурс так называемого "социального государства", я бы считал все эти нынешние разговоры о "правах человека": субъектами такого права почему-то никогда не являются (хотя бы номинально) свободные и дееспособные взрослые мужчины, на практике речь всегда идёт о чьих-то правах по отношению к ним самим (вот только сегодня на "Эхе Москвы" услышал очередной длинный перечень всех этих обладателей "прав человека", куда более длинный, нежели в известной сказке М.Е. Салтыкова-Щедрина), а кроме того - речь в данном случае реально идёт вовсе не о правах, т.е. формах свободы, гарантируемых источником того или иного конкретного права (именно их перечисляют, "зачитывая права" арестованному), но о привилегиях, в первую очередь - привилегиях безнаказанности и жизни чужим трудом; по сути дела, перед нами идеология прирождённого социального неравенства (чего-то в роде кастовой системы), последствия от распространения и укоренения которой в повседневной жизни ещё впереди
тазик

религия как зрелище

если отвлечься от чисто нарративных деталей, а также исторически сложившейся литературной ауры, то история Прометея - это прежде всего рассказ о погребении заживо, только не в землю, не в воду и не в огонь, а в воздух, на зороастрийский манер, как это было принято у ираноязычных народов (откуда, вероятно, традиция, связывающая эту историю с конкретным регионом), более того - разумно предположить, что это не "наказание" в том смысле, какой мы сегодня придаём этому слову, а так называемый "приговор судьбы", т.е. сценарий жертвоприношения, связанного с дивинацией и трансфером огня; в данном случае огонь - классический "дар" трансцендентного субъекта и эпитома технологических навыков (или даже культуры вообще), тогда как на связь истории, о которой тут речь, с практиками дивинации указывает уже само имя героя