November 13th, 2010

тазик

глупый вопрос

в сериале "Комнаты смерти" доктор Белл отмечает: "после убийства любые причины перестают быть личными" (с), т.е. преступление конституирует ситуацию тотальной публичности; интересно, однако, верно ли обратное - является ли ситуация тотальной публичности (каковую журналисты и спецслужбы рассматривают как свой корпоративный идеал) автономной и самодовлеющей или же она предполагает в качестве своей необходимой исходной предпосылки какое-то реальное преступление, преступное намерение или, на крайний случай, трансгрессивные фантазии, пусть даже спорадические? - возможна ли ситуация тотальной публичности (и, соответственно, деятельность журналиста)  в сообществе, представители которого не только не совершают преступлений, но даже никогда об этом не думают? - и, соответственно, можно ли ограничение рефлексии вплоть до полного избавления от этой химеры рассматривать как стратегию уклонения от надзора?