August 21st, 2010

это я

социология жертвоприношений

предыдущая запись: rencus.livejournal.com/122470.html

забегая вперёд: жертвоприношение как регулярный, общепринятый и публичный ритуал, в той или ной форме являющийся инвариантом самых разных (полагаю, любых) культовых практик, действительно организован как обмен дарами, мыслится его участниками (или туземными информантами) как обмен дарами и выглядит со стороны (например, для антрополога, изучающего практики жертвоприношения, всё равно - Мосса, Виктора Тёрнера, Рене Жирара или кого-то ещё) как обмен дарами, но это, конечно, иллюзия, точнее - субститут "настоящего" жертвоприношения, возникающий, как и пресловутая  "народная этимология", в результате (или даже целенаправленно создаваемый ради) всё той же "аппроприации", т.е. включения экстраординарного события (на этот раз - действия, которое мы сегодня идентифицировали бы как "подвиг") в социальную рутину; если кто не знает или забыл, евангельский и затем литургический текст, разъясняющий смысл евхаристии (ритуал жертвоприношения у христиан), на современном русском языке звучит примерно так: "делайте это, чтобы ... помнить" о самозаклании Иисуса, иными словами - уже в первоисточнике евхаристия недвусмысленно трактуется прежде всего как мемориальная практика

литература вопроса безгранична (трактовка жертвоприношения как ритуального обмена дарами - классическое "общее место" религиоведения вообще и его "материнских" дисциплин в частности), однако вот эти две книжки особенно важны: Victor Turner. The Anthropology of Performance. N.Y.: PAJ Publ., 1988; Hallam E., Hokey J., Howart G. Beyond the Body: Death and Social Identity. L.: Routledge, 1999.