August 18th, 2010

автор

приметы времени

а вот мне сегодня приснился сон: человек без лица, но в погонах - классические погоны старшего офицерского состава с двумя просветами, однако звёзд там было не одна (как у майора) и даже не три (как у полковника), а где-то дюжина - штук 12; к чему бы это? - ещё он мне что-то говорил - очень странное, метафизическое, с иностранными словами, но я не запомнил, что
это я

социология жертвоприношений

Судя по всему, термином "жертвоприношение" обозначают социальные практики по крайней мере трёх разных типов, общего у которых только то, что все они предполагают особого рода событие - идентификацию "жертвы" в узком и конкретном смысле этого слова, т.е. такое или иное превращение конкретного живого человека в мёртвое тело. Прежде всего, это чисто политическая (по генезису и функции) практика, которая репрезентирует в дискурсе отношения лидерства или господства: регулярное принесение в жертву семи (или девяти, кто считает) пар "господских деток", упомянутое в мифе о поединке Тезея и Минотавра, является следствием и кодификацией обычной политической (может быть даже - колониальной) зависимости Афин от Кносса, ради прекращения которой, собственно говоря, Тезей и предпринял свою героическую экспедицию в Лабиринт; разумеется, жертвоприношение, о котором тут идёт речь, вполне могло быть рационализировано и оправдано при посредстве какой-либо культовой практики, т.е. представлено как исполнение чисто религиозного императива, однако в данном случае это классическая "отмазка" для жертвоприношения, а не его истинная причина.

Далее, это чисто мемориальная (опять-таки по генезису и функции) практика, которая обеспечивает диффузную и вялотекущую терапию состояний "острого горя", обусловленных неожиданной и несвоевременной смертью лидера, а также воспроизводство и пролиферацию сообщества, сложившегося при его(её) жизни: обязательное принесение в жертву домочадцев и прислуги "безвременно ушедшего" лидера, существовавшее до самого недавнего времени и хорошо удостоверенное для самых разных культур (последними в этом ряду, наверное, являются жертвы, сопутствовавшие похоронам И.В. Сталина), является типичным образцом стратегии, которую out_of_frame в одном из своих постов называет "аппроприация" и рассматривает (полагаю, справедливо) как способ включения экстраординарных событий в так называемую "повседневную жизнь"; жертвоприношение, о котором тут идёт речь (например, наши местные коллективные трапезы на могиле со стопкой и куском хлеба для покойника), тоже может быть камуфлировано или оправдано императивами какой-нибудь религии, однако и в данном случае это только "отмазка" для соответствующих действий, а не их истинная причина и функция.

Наконец, жертвоприношение может быть сугубо культовой практикой, т.е. обеспечивать воспроизводство и трансляцию определённых commitments, believes или прочих "предметов веры", опознаваемых как "религиозные"; в этом случае, однако, оно становится необходимым исходным условием дивинации, т.е. пророчества о будущем: как мы знаем, одним из наиболее важных следствий (или, что в данном случае то же самое - латентной функцией) неудавшегося человеческого жертвоприношения, предпринятого Авраамом по наущению Гласа Божьего, является пророчество о будущем Израиля, более того - контаминация пророчества и жертвоприношения хорошо документирована для самых разных культовых практик, как "языческих", так и предполагаемых мировыми религиями или даже секуляризованными бытовыми обычаями. В другом месте я уже связывал эти три типа практик друг с другом, рассматривая их как разные стадии социогенеза "настоящих" жертвоприношений,  которые тоже могут быть необратимым или врéменным и осуществляться разными способами - как в форме реального человекоубийства, так и в форме его символических или иных субститутов.