July 12th, 2010

варан

альтернативы

Итак, на восьмой раз осьминог Пабло ошибся (если нам, конечно, сказали правду о том, каков на самом деле был его прогноз), победила не команда Соединённых провинций, как он предсказывал, а совсем наоборот - испанцы, хотя, конечно, с очень большим трудом, буквально в последний момент, настоящие ордалии, т.е. испытание Премудрости Божией, а вовсе не состязание в мастерстве и физической подготовке; коль скоро так, следует ли нам финал WC-2010 рассматривать как свидетельство того, что испанцы на самом деле одолели не другую футбольную команду, а злую судьбу? - а если так и если победа Соединённых провинций над Испанией в 17 веке по традиции  считается доказательством превосходства республики над абсолютной монархией, а секуляризации - над клерикализмом, то не следует ли нам теперь согласиться, что в 21 веке конституциционной монархии и католичеству нет альтернативы?
варан

альтернативы

Если Х сказал или сделал какое-то такое Y, из-за чего Z почувствовал себя оскорблённым, т.е. испытал некий аффект, хорошо знакомый каждому взрослому человеку по собственному опыту, то вопрос о том, является ли действие или высказывание Y оскорблением, решает именно и только Z, суждения любых других людей в данном случае не имеют отношения к делу. В подобных случаях мы обычно либо сразу бьём морду (что неправильно, потому что оскорбление могло быть нечаянным, нанесённым по неведению, оплошности или неумению себя вести), либо сообщаем этому самому Х, чтобы он или она впредь так не поступали; если, в свою очередь, инициатор конфликта  приносит извинения и впредь принимает к сведению, что для Z высказывание или действие Y является оскорблением, не важно даже - почему, то конфликт обычно считается исчерпанным (в совсем уже юные годы мне случалось по недостатку воспитания и выдержки сказать "козёл" незнакомому взрослому человеку, дальнейшее развитие событий имел возможность исследовать на собственном опыте). Если же этот самый Х продолжает настаивать на своём праве говорить или делать помянутое оскорбительное Y, то Z в этом случае, безусловно, имеет право рассматривать поведение своего партнёра как преднамеренный и целенаправленный акт агрессии - попытку унизить, обидеть и прочее; за это, конечно, надо карать - лучше, опять-таки, по закону.
праща

глупый вопрос

Надо ли наказывать человека, который присваивает себе возможность решать за других, что хорошо и что плохо?  Когда что-нибудь такое устраивают политические лидеры, мы считаем (и не без оснований), что демократия в опасности. Когда чем-то подобным занимаются должностные лица, мы считаем, что это произвол ("беспредел", как теперь говорят). А вот когда решать за  других пытаются журналисты, артистическая богема или вообще досужая публика, от нас почему-то требуют считать всё это свободой совести и слова. Какая, между тем, разница - переть по "встречке", нацепив синюю "мигалку", или публично осмеивать святыни под предлогом, что это искусство?
это я

чужие мысли

Много лет назад, читая книгу Роберта Даля «Введение в теорию демократии» на предмет написания предисловия (которое так и не было опубликовано, этой высокой чести был удостоен мой коллега) к её русскому переводу, я навсегда усвоил, что пресловутая «демократия» всего-навсего является механизмом (далеко не прежде всего правовым), который принуждает индивидов действовать или говорить «на людях» в соответствии с определёнными правилами. Правила эти таковы:

- суверенитет «большинства», т.е. презумпция того, что «большинство» всегда право, какой бы вздор оно ни несло: если не нравится – жалуйтесь на «самый верх», а там знают, да не скажут - и вмешаются не скоро;

- гарантии прав «меньшинства», т.е. презумпция того, что «меньшинство», каким бы оно ни было, всегда имеет право на безопасность и комфорт, в том числе психологический - жить так, как представители этого «меньшинства» считают нужным, и даже говорить то, что они считают необходимым или правильным;

- наличие стабильных, эффективных и общепринятых социальных практик (в том числе правовых), позволяющих разрешить так называемую «дилемму Мэдисона», т.е. очевидное противоречие между первыми двумя правилами.

На практике, конечно, равновесие между суверенитетом "большинства" и правами меньшинств поддерживается, так сказать, «в динамическом режиме», т.е. понятие «демократия» прежде всего указывает на общепринятые практики, массовые идиомы и стереотипы рефлексии, так или иначе принуждающие индивидов «договариваться», в частности - предусматривая наказание (в том числе пресловутые «муки совести») за попытку «быковать», пренебрегая интересами и чувствами других.

праща

слушая радио

А. Троицкий на "Эхе Москвы" заявил, что после смерти папы Иоанна-Павла П единственный, кто ещё обладает абсолютным и безусловным личным авторитетом, признанным по всему миру - это осьминог Пабло (он говорит "Пауль", фу); государственные деятели (включая наших отечественных) должны были бы выстроиться в очередь на аудиенцию у этого существа.