February 27th, 2010

кепка

верификация

В самом начале курса по социологии религии мне обязательно (уже на первом, самое позднее втором занятии) задают вопрос, как можно верифицировать всё то, что я утверждаю; я, конечно, ссылаюсь на "дискурс мэтра", т.е. в особо вежливой форме "посылаю", но тут, к сожалению, действительно есть проблема, сколько-нибудь внятное рассмотрение которой требует специального исследования или хотя бы "круглого стола": как правило, реальная, эмпирически наблюдаемая религиозность (всё равно - институциональная или "зиммелевская") необходимо сопряжена с опытом "спасения верой", т.е. обыкновенной удачи (как за ломберным столом), который, безусловно, является  так называемым "редким событием", а кроме того - всегда и заведомо субъективен.

Вкупе с многообразием партикулярного религиозного опыта и его крайней чувствительностью (чтобы не сказать "политизированностью") это обстоятельство делает практически неразрешимой проблему идентификации той или иной конкретной социальной практики как религии (демаркации "религии" и "не-религии"), чему есть немало свидетельств (например, известны попытки регистрации фан-клубов как религиозных сообществ или рассмотрения "брэнда" как особой культовой практики), а соответственно - идентификация того, что принято называть "областью наблюдения", всегда может быть поставлена под вопрос, что открывает перспективу всякого рода спекуляций или подмен - например, отождествления собственно "религии" и всякого рода "mass cоnvictions", в том числе психопатической этиологии, или даже различных believs, являющихся генерализацией повседневного опыта.

Я, например, более или менее представляю себе, что такое христианство, склонен думать (понятно, почему), что этот опыт (отчасти и со всякими  оговорками), наверное, можно экстраполировать на иудаизм и ислам (религии так называемой "авраамитической традиции"), однако тот же буддизм, по-видимому, устроен принципиально иначе, не говоря уже о всяких афрохристианских и "новых" культах или, тем более, бытовых суевериях, идентификация которых как "религии" на практике весьма проблематична (тоже, надеюсь, понятно, почему); есть, впрочем, достаточно распространённое мнение (которое я разделяю), что бывшие "советские люди" по характеристикам своего lebensweltа очень похожи на обитателей какого-нибудь тихоокеанского архипелага или острова, вследствие чего отечественные религиоведы обладают, так сказать, "естественной компетенцией" в отношении карго-культов.

По всем этим причинам в социологии религии использование количественных методов до крайности затруднительно, опираться приходится главным образом или даже исключительно на "свидетельские показания", которые всегда фрагментарны, засорены "посторонними включениями" и не всегда добросовестны (как я понимаю, именно это обстоятельство послужило важнейшим  мотивом к созданию феноменологической социологии), тогда как общая стратегия исследования по необходимости приобретает итеративный характер, т.е. строится как чередование сугубо "качественных" операций (систематизация материала, интервью, "кейс-стадиз") и пресловутого "статанализа", т.е. конструирования  или коррекции моделей, предполагающих количественное тестирование.
кепка

проблема кумулятивного развития: intro

На мой взгляд, историческое (в смысле «вошедшее в историю») замечание М. Соколова "Все, сказанное социологами, будучи переведённым на язык «людей с улицы», превращается или в глупость, или в трюизм. Смысл всего предприятия состоит как раз в способе говорения" справедливо, но недостаточно: то же самое утверждение было вплоть до конца 19 века так или иначе справедливо и для естественных наук. Недаром же Галилей усматривал главное отличие пресловутой «новой науки» от схоластики вовсе не в практиках эмпирической верификации, т.е. возможности заявить «подходите и смотрите», даже не в открытии чего-то конкретно важного, однако «людям с улицы» неведомого (если не принимать во внимание «казус Коперника»), а в принципиально новом «способе говорения», каковым тогда была (прикладная) математика. Тут разница, и принципиальная, в том, что развитие естественных наук было кумулятивным (по части как "фактов", так и концепций), вследствие чего где-то на исходе 19 века в конце концов состоялся «прорыв» за границы массового повседневного опыта, а вот социологи (отечественные, во всяком случае) без конца начинают сначала и как бы на пустом месте, почему – отдельный и действительно интересный вопрос.

См.: www.polit.ru/author/2010/02/24/kurakin.html
инфор

читая книги

Был в "Фаланстере". Так надо. Посмотрел на книгопад. Постоял у книгопада и пошёл себе назад, унося в клюве две книжки:

Павел Кузьменко, Ольга Ветохина. Ваш год рождения - 1949. Время, факты, подробности. М.: Анаграмма, 2009; подробный рассказ о событиях 1949 года, того самого, когда ещё всё начиналось.

Роберт Грейвз. Мамона и Чёрная богиня. Е-бург: У-Фактория/М.: АСТ, 2010; абсолютная классика, вместо комментария следует почтительно умолкнуть.