?

Log in

No account? Create an account
Андрей Игнатьев
exercises in political theology: трагедия оncemore 
31st-Dec-2017 02:47 pm
комод
есть такой формат, классическая античная трагедия, Эсхил, Софокл, Еврипид, противостояние героя «номосу», воплощённому в предсказании оракула или мнении народном, Ф.Ф.Коппола в фильме «The Godfather» создал и предложил современный формат трагедии, такое же безнадёжное противостояние героя «номосу», но воплощённому уже совсем иначе, на современный манер

собственно, балобановский «Брат» тоже, in principio, такая же точно трагедия, просто его зритель был исполнен пост-революционных иллюзий, оттого чистосердечно считал, что «номос» нам не писан, а hybris это такой ресурс и всё кончится хорошо, коротко говоря, «Брат» прямая родня годаровскому «На последнем дыхании», только что мы не видим, как героя убивают, и даже не догадываемся, как или когда это будет

первый «The Godfather», конечно - самодостаточный и безусловный шедевр, он бы таким остался, если бы даже Ф.Ф.Коппола не снял второго и третьего фильма, которые тоже части трагедии, вполне уже обозначенной в первом, но её ещё надо было разжевать, показать все эти characters, их конфликты и сценарии действия как современный глобальный контекст, тренд столетия, а не периферийный эксцесс

a propos, долго не мог вспомнить имя знаменитого американского театрального педагога, который исполняет роль Хаймана Рота, это один из центральных персонажей второго фильма, пока не перешёл к размышлениям о предвыборных раскладах, вероятных пост-выборных трендах и прочих делах наших скорбных, тут-то и вспомнил: Ли Страсберг

где-то ближе к развязке телесериала «Ленинград 46», тоже современной трагедии, но уже на отечественный манер, один из его центральных героев, майор милиции, репрезентирующий «номос» на дискурсе, «предъявляет» своему антагонисту ошибку морального выбора, ставшую фатальной, между тем, внимательный и житейски сколько-нибудь опытный зритель прекрасно понимает, что выбор у трагического героя всегда весьма специфичен - либо согласиться на изгнание «во тьму внешнюю», т.е. совершить суицид, пусть даже вялотекущий и с открытым финалом, либо преступить через «номос» со всеми вытекающими отсюда последствиями, это многих славный путь, общее место и классической античной, и современной трагедии

на занятиях в колледже Св.Фомы, а потом на радио «София» я не раз задавал своей публике вопрос, сколько бы Эдип получил по приговору суда, если бы его трагедия случилась в наши дни? - знающие люди отвечали, что реально от силы года четыре общего режима, по античным же понятиям ему вообще нечего было предъявить, он не совершил ничего такого, чего на его месте не сделал бы каждый, Эдипу, в отличие от других, просто не повезло

фатальное «не повезло» и есть определение трагического героя: роман «Анна Каренина» уже потому не трагедия (и, следовательно, неудача его автора), что его героине, в отличие от Эдипа, ошибку морального выбора, и очень серьёзную, предъявить можно, собственно, трагедия у Толстого только повесть «Хаджи-Мурат», которая, как мы знаем, скорее комментарий к реальной биографии, чем художественный вымысел

думаю, что для Л.Н.Толстого Крымская война, в которой он участвовал, обороняя Севастополь, осталась непреходящим «жалом в плоть», травмой, которая побудила его всю жизнь моделировать ситуации, влекущие за собой гибель человека из-за мелкой промашки или вовсе случайно

можно, конечно, вспомнить Иосифа Бродского, который согласился на изгнание по приговору суда и благодаря этому стал нобелиатом, но у него были покровители, какие вообще редко у кого бывают, у настоящего трагического героя их обычно нет, всё приходится делать самому, в одиночку, зная, что однажды настигнут и убьют, в этом, собственно, трагедия и состоит

фильм «The Godfather», как и лучшие образцы отечественного «ментовскОго» телесериала, теперь уже, похоже, ставшего фактом истории киноискусства - трагедия в том исходном и первоначальном значении термина, что центральный герой, с одной стороны, немеряно крут и по-человечески во всём прав, а с другой - непременно погибает (или отправляется в изгнание, что функционально то же самое), потому что заступил за границу сложившегося социального порядка, стал чужаком, подлежащим, как и всякое инородное тело, экстерминации, история Эдипа такова с самого начала и до конца

практика остракизма, жертвой которого стал, как известно, Сократ, только другая версия этого же самого сценария, возможно даже - его прототип, за которым, в свою очередь, практика искупительных жертвоприношений, социальное амплуа фармака, совсем уже глубокая и вечнозелёная архаика

забавно, конечно, что ключевым пунктом моих прений с оппонентами предложенной здесь точки зрения оказалась судьба героя: обязательно ли трагический герой погибает/отправляется в изгнание или можно обойтись какой-нибудь непонятной «смертью личности», «невыполнением сверхзадачи» и прочей гуманитарной невнятицей? - отечественный телесериал «о ментах и бандитах» в этом ключевом пункте не знает никаких снисхождений, в самом худшем случае героя навсегда отправляют на пенсию

много лет назад тётка-актриса меня учила, что трагедия - это когда герой погибает, если остаётся жив, то это в лучшем случае драма, а то и вовсе комедия, образцовая трагедия, конечно - сказка о колобке, сочинения господ литераторов только вариации на тему этой вечнозелёной фольклорной истории
Comments 
31st-Dec-2017 04:07 pm (UTC) - почему из Карениной не слепить Колобка
Русское чувство трагедийного все таки другого происхождения, чем у империй типа римского разлива - оно вообще не народно в смысле переживания утраты, скорее, элитарно и связано с переживанием пустоты на месте того, что в больших цивилизациях заполняется связенными ценностями. И Толстой с его театрализацией общественной жизни таких высот эксгибиционизма достигает, что ни о какой подлинной трагедии в Анне Карениной или Смерти... и речи нет. Собственно, русские, скорее, понимают трагедии, чем их создают, и они аниматоры трагедий - поэтому и театр Константина Райкина такой приличный, и Звягинцев тоже смотрибелен.
This page was loaded Jul 21st 2018, 7:05 pm GMT.