?

Log in

No account? Create an account
Андрей Игнатьев
exercises in sociology: нация как статус 
7th-Mar-2017 05:37 pm
комод
категорически упрощая и совсем уже коротко говоря, нация это статус в конфликте (право на территорию, например, и на защиту её границ), т.е. артефакт соглашения между соседями, а вовсе не объект, который сам по себе обладает такими или иными различительными признаками: нацией является всякий коллектив, за которым признан такой особый статус

в этом, собственно, и заключается «право наций на самоопределение»: кто смог самоопределиться, т.е. обеспечить себе коллективный суверенитет, те реально и нация, сколько бы их ни было, прочее уже конкретные предпосылки и условия достижения этой цели, бывали даже индивиды, которые считали, что они нация, состоящая из одного человека
Comments 
7th-Mar-2017 02:37 pm (UTC) - дискуссия на фейсбуке
Viacheslav Shironin: Мне кажется убедительной версия Геллнера, что нация - это однородное когнитивное пространство, а национальное государство - политическая единица, с ним совпадающая. И что изначально это было связано с необходимостью иметь массовые армии. Сегодня военное дело устроено по-другому, и, соответственно, национальные и прочие идеологические схемы стали сложнее.
андрей игнатьев: мне версия Геллнера не нравилась никогда, по-моему, это всё предпосылки и условия nation-building, причём локальные, исторически и географически конкретные, а не определение его конечной задачи, потом, моя задача как раз в том, чтобы за многообразием акциденций увидеть структуру, упростить, попросту говоря, наблюдаемую картину до голой схемы
андрей игнатьев: сколько помню, команда, которая заявила «we, the people of...», состояла где-то из нескольких десятков человек, у которых общего было только английский язык да желание суверенитета от британской короны, и ничего, всё удалось
Viacheslav Shironin: Мне, наоборот, она нравится потому, что идеально ложится в мою картину институционального развития Европы - между этапами пороховой революции/абсолютистских государств и «газетно-телевизионными» обществами 20 века. Но, разумеется, модель Геллнера - не единственное объяснение.
андрей игнатьев: институциональной, это критически важно
Viacheslav Shironin: Насчет we, the people... тут мне Найшуль сказал гениальную мысль, которую он приписывает своему другу Родному: что текст Монтескье, который в чужеродной французской среде способствовал неисчислимым бедствиям, в Северной Америке лег на свою родную культурную среду - как программный продукт на нужный хард. То есть я хочу сказать, что эти "пиплы" были продолжением всей английской истории.
андрей игнатьев: конечно, отчего я сейчас вслед за Мертоном и другими великими пытаюсь разобраться в предыстории английской революции 17 века, это ключ к понятию нации и его политическим функциям
Viacheslav Shironin: Конечно. Но более широко, для меня (возможно, субъективно) ключевым моментом оказалась история военной революции 16-17 веков и раньше, когда вместо рыцарей появилась обученная пехота. Ну и Папская революция, конечно.
андрей игнатьев: по-моему, тут (как и у Геллнера) предполагается весьма рискованное (потому, что неявное) отождествление нации с modern society, между тем, это понятия разных дисциплин, которые приобретают конкретный операциональный смысл в очень разных контекстах, то есть, обычно nation-building и модернизация сопряжены, но один из этих процессов отнюдь не является необходимыми условием другого, во всяком случае, представление об их нерасторжимости скорее привычная точка зрения, нежели доказанный факт
Viacheslav Shironin: Да, и чтобы дальше не запутаться, стоило бы все эти слова точно определить.
андрей игнатьев: собственно, я это и делаю
Viacheslav Shironin: ну да, но получается, что любой барон - это нация?
андрей игнатьев: если соседи признали его суверенитет? - конечно
Viacheslav Shironin: а де-юре их и не спросили
Viacheslav Shironin: тогда нация и иммунитет одно и то же? - хорошо ли это?
андрей игнатьев: такие экзотические государства как Сан-Марино, Андорра, Лихтенштейн или (с известными оговорками) даже Ватикан и есть, по сути дела, баронства, чей суверенитет признан соседями, что же до последнего комментария, то пожалуй, если иммунитет считать синонимом суверенитета или его метонимией, хорошо это или плохо судить не могу, не мой предмет
This page was loaded Dec 17th 2017, 4:40 am GMT.